Музей памяти Лопасненского края г. Чехов

Лопасня предвоенная

Горелово, Неелово, Неурожайка тож…



лопасня 30г

Передо мной архивные материалы. Они расска­зывают о жизни крестьян нашего края в годы самодержавия. Читаешь эти материалы, и на память невольно приходят строки из поэмы Н.А. Некрасова "Кому на Руси жить хорошо". Помните названия деревень? "Заплатово, Ды­рявино, Разутово, Знабишино, Горелово, Неелово, Неурожайка тож".Сколько их, таких Заплатовых, Дырявиных было на Руси!

Вот о чем говорят свод­ные данные по бывшему уез­ду, в состав которого входили многие селения нашего райо­на. Большая часть земли в уезде принадлежала помещи­кам и кулакам. На долю 136627 крестьянских душ приходилось 124434 десяти­ны (меньше десятины на ду­шу). В то же время 55 поме­щиков владели 80300 десяти­нами. Граф Орлов-Давыдов, например, имел 2868 деся­тин, фабрикант Рябов - 1135, а купец-помещик Костяное распоряжался 2549 десятина­ми. Много земли имели по­мещики Страмилов, Велья­минов, генерал Карсаков, Цеге-фон-Мантейфель, фабри­канты Хутарев и Медведев. Трудились крестьяне на своих земельных участках от зари до зари. Основными ору­диями у них были соха, коса и лопата. Сеяли вручную, а об­молот зерна вели цепями. В Семеновской волости насчи­тывалось 1132 крестьянских двора, из них 335 хозяйств были безлошадными. При­мерно такое же положение было в Алексеевской. Бадеевской и других волостях. В докладе земской управы за 1911 год говорится: «Подводя общие итоги по всему вышеизложенному, приходится убедиться, что при настоящем положении население не в со­стоянии прокормиться одной землей, оно ищет постоянного заработка; и так как местная промышленность развита сла­бо, то население стремится в города, на заработки, происхо­дит "обезлюдие" деревни».

Но и на фабриках было не легче. Здесь в ужасающих ус­ловиях приходилось работать по 12-14 часов в сутки. В 1888 году врач Дементьев, произ­водивший обследование са­нитарного состояния фабрик Серпухова и уезда, описывает тяжелое положение рабочих-текстильщиков:«На руч­ных бумаготкацких фабриках Беляева, Еремина. Шлехова и Королева и на всех рогожных - спален не существует; все рабочие живут на фабриках, где работают.... О каких бы то ни было удобствах жизни здесь не может бытъ и речи. Ткачи спят или станками, или за досках, по­ложенных на станках, что об­разуется нечто вроде палатей.... На рогжных фабри­ках каждый стан как бы воображаемая изба: здесь помещается вся семья, здесь работают, стряпают, едят, спят вповалку на полу, здесь же на глазах всех своих соседей рожают и умирают». О положении крестьян Серпуховского уезда агроном Е.А. Макаровский писал в 1913 году следущее: "Общая картина благосостояния населения, приемов земледелия и животноводства оставляет желать лучшего. Часто в общине (деревня) не обрабатывалась треть земельного надела, иногда цифра доходит до половины. На вопрос, почему забросили землю, крестьяне отвечали: "Не родит земля".

Чтобы держать в страхе и повиновении крестьян, в уезде было создано полицейское управление. Произвол чиновников был обычным явлением. Вот случай, происшедший в селе Венюково, о котором 12 мая 1906 года доносил начальник жандармского управления Московскому губернатору: "... Урядник Подольского уезда Василий Васильев с урядником Серпуховского уезда Хориным… позволили себе бить мальчика плетками..., а в заключение мальчика Савичева привязали и заставили бежать наравне с лошадью семь подгоняя его плетками…».

Иногда, чаще после стихийного бедствия, земская управа отпускала крестьянам в долг семена, железо, сельскохозяйственный инвентарь. За эту ссуду крестьянин платил большие проценты, а при несвоевременном взносе денег его имущество прожавалось с молотка. Крестьянин села Хлевино Спирин Петр Иванович для постройки избы взял в долг в земском складе панельного железа на 77 рублей 56 копеек. К 1911 году на эту сумму выросли проценты и другие "издержки» в сумме 15 рублей 35 копеек. Уплатить ссуду и проценты Спирин не имел возможности, и земские "благодетели» приняли к нему меры через полицию. В отчете земской управы записано: "Описана и назначена в продажу изба».

Крестьянин села Крюково Бавыкинской волости Гудков Егор Васильевич взял в долг семена для посева на 7 рублей 50 копеек. На эту сумму образовались "издержки» на 11 рублей 30 копеек, платить ссуду в срок Гудков не мог, так как не имел денег. В отчете земской управы сказано, что "взыскание производится бадеевским волостным старшиной". А вот документы, рассказываюшие о состоянии образования в районе в дооктябрьский период. Земские и церковно-приходские школы влачили жалкое существование. У некоторых школ были «попечители» и «попечительницы» - помещики, фабриканты и их жены. Как они помогали школам, свидетельствуют такие факты. Попечитель Глазовской школы фабрикант Игнатов пожертвовал ей керосин и чернила, Тетеринский школе попечитель фабрикант Медведев отпустил на 4 рубля керосина.

Существовали школы на средства, собранные с крестьян. Так в отчете Серпуховского уездного училищного совета за 1870-1871 годы сказано: собрано для Бадеевской школы с крестьян с. Лопасня, д. Бадеево и с. Садки, всего 666 душ, по 10 копеек с души - 66 рублей 60 копеек. Учил в школе дьякон Федор Никольский. Стремиловской школе собрано с окрестных деревень 16 душ, по 12 копеек - 51 рубль 60 копеек. Учил детей священник Петр Афонский.

В школах было бедно, не хватало карт, учебников. В 1892 году А.П. Чехов, осмотрев школу в с. Крюково, писал: "... теснота, никакие потолки... плохая, старая мебель..., в маленьких сенях спит на лохмотьях сторож и тут же стоит чан с водой для учеников...".

Еще документы о состоянии здравоохранения. На весь уезд, включая и город Серпухов, врачей было 28, фельдшеров - 24, акушеров - 19 и один зубной врач. На врача Солнышевской земской больницы В. Павловскую приходилось 143 деревни. Когда А.П. Чехов решил организовать врачебный пункт в Мелихове, он пытался привлечь к этому делу крупных фабрикантов и соседний монастырь Давидову пустынь, но натолкнулся на полное равнодушие и безразличие. Антон Павлович оборудовал мелиховский врачебный участок главным образом на свои личные средства. "У меня в участке 25 деревень, 4 фабрики и 1 монастырь, - писал Чехов. - Утром приемы больных, а после утра - разъезды. Езжу, читаю лекции печенегам, лечу, сержусь и так как земство дало мне на организацию пунктов ни копейки, клянчу у богатых людей, то у одного, то у другого...".

Медицинские работники жили так же, как и учителя, всегдав в нужде, А.П. Чехов писал: "Небогатые врачи и фельдшера не имеют даже утешения думать, что служат и одной идее, так как все время думают о жаловании, о кусске хлеба". А вот строчки из письма врача В.А. Павловской А.П. Чехову: «… вся эта наша еженедельная, никому не заметная работа и борьба с разнообразными элементами отнимает решительно все силы и совер­шенно как-то изнашивает». Перед Великой Октябрь­ской революцией в Москов­ской губернии было до 50 процентов безлошадных кре­стьянских дворов. Крестьяне разорялись и вынуждены бы­ли покидать свои участки и уходить в города на заработ­ки или батрачить у помещи­ков и богатеев. Рос деревен­ский пролетариат, росла сель­ская буржуазия, кулачество. Крестьяне начали осознавать, что бесполезно ждать мило­стей от царя. Московские большевики вели большую работу среди крестьян. Они организовывали митинги, распространяли нелегальную литературу. Рабочие Сормов­ского завода в Октябрьские дни 1905 года организовали в с. Молоди митинг.

15 апреля 1906 года ис­правник Подольского уезда доносил московскому Губер­натору: "13 апреля мною по­лучены сведения, что в дерев­не Хлевино Молодинской волости на пасхальной неделе, во время крестного хода, ме­стные крестьяне, носившие иконы, пели "Марсельезу".

Особенно усилились кре­стьянские выступления осе­нью 1905 года. Так, крестья­не сел Аксенчиково, Плужниково, Чернецкое, Ходаево, Скурыгино составили приго­воры, в которых отказыва­лись платить налоги, подати, выкупные платежи, давать рекрутов, требовали созыва Учредительного собрания.

При Серпуховском и По­дольском уездах существова­ли особые партийные группы по работе в деревне. Период 1907-1908 гг. ознаменовался ростом антиправительствен­ных выступлений в этих уез­дах. В Туровской волости Серпуховского уезда в октяб­ре 1908 года крестьяне катего­рически отказались от мир­ских сборов и уплаты податей. В волость в связи с этим были введены отряды конной поли­ции. Крестьяне во многих де­ревнях выступали против сто­лыпинских аграрных законов. Под влиянием больше­вистских организаций По­дольска и Серпухова крес­тьяне все решительней выступали против цар­ского самодержавия, гос­подства помещиков и ку­лаков, за свое освобожде­ние от бесправия и нище­ты, за землю и волю.


В. Шахов

Газета «За коммунистический труд» от 18 и 20 мая 1967 года.