Музей памяти Лопасненского края г. Чехов

Лопасня предвоенная

В ту суровую зиму



Анастасия Индюшкина
Анастасия Васильевна Индюшкина

После раздела Польши Гитлером и Сталиным, в сентябре 1939 года на Западе началась так называемая «странная война». Французы и англичане с одной стороны и немцы с другой сидели в окопах и ничего не предпринимали. Обе стороны вели разведку и небольшие воздушные бои. Кремль старался использовать это время для укрепления берегов Черного и Балтийского морей. На Черном море многое было сделано раньше. На Балтийском море Советскому Союзу принадлежал только маленький участок берега около Ленинграда. Поэтому в октябре 1939 года Кремль добился от правительств Литвы, Латвии и Эстонии согласия на «частичную» оккупацию этих стран: советские войска вошли туда и начали укреплять берега моря и ставить минные поля. Правительство Финляндии отказалось допустить такую оккупацию своей страны. После двухмесячных бесплодных переговоров советские войска начали войну против Финляндии. Кремль был уверен, что эту войну он закончит в полторы — две недели силами одиннадцати дивизий Ленинградского военного округа. Однако финны оказали геройское сопротивление, и война продолжалась более трех месяцев.

В этой войне участвовала жительница села Троицкое Анастасия Васильевна Индюшкина. Она родилась 25 апреля 1917 г. в семье колхозника Василия Алексеевича Собакина. В семье было пять человек детей. Причем Анастасия Васильевна была старшая. Как и во многих крестьянских семьях, жили Собакины бедно. Василий Алексеевич рано ушел из жизни, и на плечи Анастасии Васильевны лег нелегкий труд помощи матери в воспитании детей. Окончив школу, она поступила в фабрично-заводское училище и стала ткачихой. 30-е годы — время стахановских движений и «великих починов». Стахановкой была и Анастасия Васильевна. Подобно героине Любови Орловой из фильма «Светлый путь» она работала одновременно на 24 ткацких станках. С 1935 по 1938 г. г. без отрыва от производства училась на медсестру, а по окончании пошла работать в психиатрическую больницу в г. Егорьевске. Из Егорьевска и была отправлена молодая медсестра на фронт Советско-Финской войны.

Чтобы добиться успеха, Кремлю пришлось использовать сорок две стрелковые дивизии. К тому же успех был неполный: Финляндии удалось сохранить свою независимость, отдав Советскому Союзу область города Выборга и сдав в аренду маленький порт и полуостров Ханко. Эта война наглядно показала слабость всех видов транспорта в СССР; на второй же день войны в Москве и Ленинграде исчезли с улиц все такси, их пришлось отправить на фронт для обслуживания штабов и для подвоза. А через три — четыре недели войны даже в Москве исчезли все продукты в магазинах, потому что железные дороги подвозили исключительно войска и снабжение на фронт.

Анастасия Васильевна вспоминает, что на фронт ехали ровно два месяца, поскольку все пути были заняты. Питались всухомятку, баня была только один раз во время пути в городе Вологде. По приезде под госпиталь выделили две школы в городе Кировске Мурманской области.

Соотношение сил на Карельском перешейке было в пользу советских войск: по количеству стрелковых батальонов — в 2,5 раза, по артиллерии — в 3,5 раза, по авиации — в 4 раза, по танкам — абсолютное. Тем не менее фортификационные укрепления и глубокоэшелонированная оборона всего Карельского перешейка были таковы, что этих сил оказалось недостаточно не только для их прорыва, но даже для уничтожения в ходе боевых действий глубокого и чрезвычайно сложно укрепленного и, как правило, абсолютно заминированного предполья. В результате, несмотря на все усилия и героизм советских войск, им не удалось вести наступление так успешно и такими темпам, как первоначально предполагалось, ибо знание театра военных действий пришло лишь спустя месяцы после начала войны. Другим затрудняющим боевые действия советских войск фактором явилась чрезвычайно суровая зима 1939—1940 г. г. с ее морозами до 30—40 градусов. Отсутствие опыта ведения войны в условиях лесов и глубокого снежного покрова, отсутствие специально обученных лыжных войск и главное — специального (а не стандартного) зимнего обмундирования — все это снижало эффективность действий Красной Армии.

Анастасия Васильевна Собакина была заведующей санпропускником в госпитале. Вспоминает, как тяжело было на первых порах принимать раненых:

— Когда привозили нам раненых, они были все, как вам сказать, у них волосы у всех были дыбом, и в волосах одна была гарь. Большинство их были обморожены. Вот у нас были, как мы их называли, «костыляшники», у некоторых совсем стоп не было.

Перед войсками фронта была поставлена задача прорвать «линию Маннергейма», разгромить основные силы противника на Карельском перешейке и выйти на линию Кексгольм — станция Антреа — Выборг. Общее наступление было назначено на 11 февраля 1940 г. Оно началось с 8.00 мощной двухчасовой артиллерийской подготовкой, после которой пехота, поддержанная танками и артиллерией, бьющей прямой наводкой, в 10.00 начала наступление и прорвала оборону противника к концу дня на решающем участке и к 14 февраля вклинилась в глубину линии на 7 км, расширив прорыв до 6 км по фронту. Преследуя противника, наши части вышли к 21 февраля на основную, вторую, внутреннюю линию финских укреплений. Это вызвало огромное беспокойство финского командования, понимавшего, что еще один такой прорыв - и исход войны может быть решен. С 1 марта начался обход г. Выборга, и 2 марта войска вышли к тыловой, внутренней полосе обороны противника, а 5 марта войска окружили Выборг. Наступление советских войск началось 2 марта и продолжалось до 4 марта. К утру марта войскам удалось зацепиться на западном побережье Выборгского залива, обойдя оборону крепости. К 6 марта этот плацдарм был расширен по фронту на 40 км и в глубину на 1 км. В это время в Москве уже был подписан мирный договор, переговоры о котором финское правительство начало еще 29 февраля, но тянуло 2 недели, все надеясь, что поспеет западная помощь, и рассчитывая на то, вступившее в переговоры Советское правительство приостановит или ослабит наступление, и тогда финны смогут проявлять неуступчивость. Так образом, финская позиция заставила вести войну вплоть последней минуты и привела к огромным потерям, как с советской, так и с финской стороны.

- Как Вы поняли, что война закончилась? — задал я вопрос Анастасии Васильевне.

- Нам объявили. Мы спим, нас заменяли в ночное дежурство учителя, взяли шефство над нами, и мы на ночь уходили спать. Говорят: война кончилась, но когда вы попадете домой, пока еще неизвестно, пока весь госпиталь должны расформировать.

По окончании войны Анастасия Васильевна вернулась в Егорьевск, где вышла замуж, 1950 г. приехала в село Tpoицкое. Здесь она работала медсестрой в ПБ № 5, а в свободное работы время подрабатывала медсестрой в Троицкой средней школе. Благо, ее дом был недалеко от школы.

Этот дом, как и его сосед (сейчас дома №№ 12 и 13), был строен методом «самозастроя». Строили их долго, поскольку будущие жители, в основном сотрудники подсобного хозяйства ПБ №5, днем были заняты на работе. Новоселье совпало с празднованием Нового 1960 года. По тем временам дома считались вполне подходящими. Но, к сожалению, до сегодняшнего дня условия жизни там не изменились. Дома не имеют централизованного газового снабжения, в них не предусмотрены туалетные комнаты, и сортиры располагаются на улице. Единственный плюс этих домов — наличие вокруг них небольших подсобных хозяйств.

Изначально эти дома стояли на балансе подсобного хозяйства, но «фермы» давно уже нет, а дома стоят. Официальное их название на сегодняшний момент — старый поселок. По сути дела, не понятно, кто теперь ответственен за обслуживание этих домов. Вот в таких условиях и живет сегодня ветеран Советско-Финской войны Анастасия Васильевна Индюшкина, несмотря ни на что бодрая и полная сил. Многих лет жизни вам, Анастасия Васильевна!




P.S.ПС: Анастасии Васильевны Индюшкиной уже нет в живых.

А. ДУДИН

«Чеховский вестник» от 21 марта 2006 г.